Неонуар из Болгарии, снятый на одном дыхании, с черным юмором и комиксово-мультяшным ритмом в духе "Ну погоди!", кажется чем-то невероятным. Самая главная очевидность и невероятность заключается в том, что со времен Хитиловой никто из режиссеров стран бывшего совблока настолько разудалого кино не снимал. Были, конечно же, румыны с их новым словом в искренней чернухе (или чернушной искренности), вот только их бодрыми назвать как-то не поворачивается язык.

Главный герой по прозвищу Мотылек выходит из тюрьмы, отсидев срок за несовершенное преступление. Вокруг кафкианские улицы Софии 60-х, насупленной и фантасмагоричной. Кривые тени ломятся из-за углов, свирепые усачи новорят помучать, а любимая женщина, как водится в нуарах, оборачивается редкой гадиной. Конечно же, прямая отсылка к фильму D.O.A. и роковые женщины отсылают к вполне определенному жанру, тому, где все курят сигарету за сигаретой, носят шляпы и плохо кончают. При этом всякие вставные истории про отрубленные головы и анекдотичные случаи с друзьями шуринов соседок напоминают скорее "Даун-хаус" с его не всегда смешным, но разухабистым юмором. Смесь получается ядреная; особой крепости добавляет лицо Мотылька, невозмутимо жующего весь фильм кусок гудрона.